Глава 6. В круге втором.Весь следующий день я мучился сомнениями. С одной стороны, меня безумно заводило все то, что я делал со своей новой игрушкой, более того, она тоже не была против. Но другой, старый Я пребывал в состоянии легкой паники: «Во что я превращаюсь?! Куда меня это приведет?!!» Словом, работать было совершенно невозможно, все мысли вертелись исключительно вокруг возвращения домой. В итоге, после обеда я плюнул на все, наскоро закончил отчет по командировке и, под предлогом недомогания «от этой жратвы из поезда», слинял домой.Перед дверью ненадолго замер, собираясь с мыслями. Уже решил, что если сейчас она не встретит меня так, как я вчера приказывал, никаких репрессий не последует, будет шумный дневной секс, вскользь брошенное обещание позвонить и расставание, возможно, навсегда... Решил и повернул ключ в замке.

... она не расскажет вам, как его зовут и сколько ему лет, и он про неё ничего. И дело не в том, что оба, или один из них, не свободны, а в том, что это воспоминание они берегут как что-то короткое, яркое и неповторимое, как падение звезды или редкая птица... Расскажешь, озвучишь имена, и — пропало видение.Всё банально в жизни людей. Наши герои не исключение, поэтому опустим описание знакомства, диалоги... , а начнём с того, что... собственноручно раздев его, она плотно завязала ему глаза своими чулками. Всё, что он мог увидеть перестало быть актуальным. Фантазируй, сказала она, и лови миражи. Плохо ориентируясь в наступившей темноте, он замер, ожидая чего угодно, от боли до наслаждения. И оно началось.По спине пробежался горячий...

В фирме по оказанию сексуслуг я работала в свое удовольствие, непостоянно, скорее ради удовольствия, чем ради денег. На улице стоял август во всей красе, последние теплые денечки, хотелось чего-то необычного. Но вечер пока был скучным... Время шло, наступала ночь, а события не торопились...Но вдруг зазвонил телефон. На экране высветился номер диспетчера нашей фирмы. Я даже обрадовалась этому звонку!"Катя, есть заказ, но это за городом на турбазе, ты как?» — «Да легко, 20 минут на сборы и я готова поехать» — «Хорошо, только ехать придется на такси, наши машины все на выезде» — «Без проблем»Уточнила адрес, заказала такси, натянула джинсы и рубашку на голое тело и уже через полчаса машина летела по ночной трассе по адресу. Люблю ездить по ночам... Настроение было замечательное... погода классная, таксист адекватный...

Мурлыкая про себя понравившуюся песенку, она поменяла простыню из гладкой перкали, которую любила, на ворсистую фланелевую, которую предпочитал он. Затем представила, чем они вдвоем будут заниматься вечером, и ее мурлыкание стало тише, пока совсем не прекратилось.Сначала она разденет, медленно-медленно, нежно целуя каждый сантиметр его обнаженного тела.«Чтобы ты не простыл», — скажет она, шутя. «Я закаленный. Мы ведь и раньше это делали, — в тон ей ответит он. — ничего страшного!» И они засмеются. После этого она начнет ласкать его тело своими теплыми руками.Затем она легонько толкнет его. не сопротивляясь он, так же шутя, упадет на кровать, после чего она возьмет его член своими руками. К этому моменту он будет уже целиком в напряжении и вздрогнет от ее прикосновения. Им вновь станет смешно — настолько все будет знакомым.

ОНА: Я беру в ладони твое лицо... смотрю в твои глаза... в них столько обожания, что не нужно слов... мои губы робко прикасаются к твоим губам... ты чувствуешь? они дрожат...ОН: Твой удивительный взгляд, дрожь твоих возбуждающих губ: и я, глубоко вдохнув, бросаюсь в этот водоворот страсти и желаний, «отпущенных на волю»... обнимаю твои плечи, и прижимая к себе покрепче, жадно целую твои губы...ОНА: Твой поцелуй, такой нежный и возбуждающий, обжигает мои губы... дрожь исчезает... мой ротик приоткрывается... я чувствую, как твой язык ласково и в то же время требовательно проникает в мой рот... наши язычки начинают свою, уже знакомую им, игру... ОН:... твой язычок упорно пытается убегать, ну что ж поиграем в прятки, кто не спрятался... ?... я легонько прижимаю его к щеке и он сдается на милость победителю, теперь я могу трогать, теребить и чувствовать...

ДВЕ ДУШИ IIПРЕДАНЬЕ СТАРИНЫ ГЛУБОКОЙ1Дружинница Зоряна, рыжая грудастая девица, сидела на крыльце избы и точила меч. Собственно, меч был заточен на славу и больше в заточке не нуждался. Но девушке нужно было какое никакое оправдание, чего она торчит на крыльце, а не занимается чем-либо другим в другом месте. Причина её такого поведения в это время сидела с кучей одежды и занималась починной. Это была дочь боярина Ставра, здешнего воеводы, Светлана, маленькая худенькая девушка. Она быстро орудовала иголкой, почти не поднимая глаз, и только изредка её синие глаза блестели из-под соломенной чёлки, оглядывая двор острога, порубежной крепости, неизменно останавливаясь на Зоряне. Ей очень нравилась эта воительница, всего три дня назад прискакавшая из стольного града. — Зоряна! — послышался рык.

Он был титулярный советник,Она — генеральская дочь;Он робко в любви объяснился,Она прогнала его прочь.Пошел титулярный советникИ пьянствовал с горя всю ночь.И в винном тумане носиласьПред ним генеральская дочь!Проходят века, а эта история повторяется вновь и вновь, как по кругу. Случилась она и в нашем универе — с некоторыми вариациями, внесшими в нее приятное разнообразие.Он был преподом, относительно молодым — лет 30 с лишним — тихоголосым, скованным, застегнутым на все пуговицы. Его шпыняли все, кому не лень, от ректора до технички, а он молчал или говорил «хорошо». Когда-то, еще в бытность лаборантом, он прикормил собаку и защищал ее от всех и вся, но потом Тензора отравили мышьяком, и с тех пор его хозяин был тише воды, ниже травы.Он носил очки и ходил, как на протезах. Студенты любили его: с ним было интересно и вольготно.

Встречались мы с Настей около полугода, но я до сих пор не пресытился ее телом. Я возбуждался думая о ней, о ее гладкой смуглой коже, карих глазах, скромной улыбке и выдающейся попе. Ее филейная часть была для меня идеалом — крупноватая, налитая природной силой и здоровьем. Как я грезил о ней в первые дни нашего знакомства, как бешено дрочил, придя с первого свидания, представляя свой член в ней...Настя стала моей. Вся. Каждое утро я просыпался рядом с ней, чувствуя непокорную твердость моего члена. Но я стеснялся будить свою девушку грубым проникновением и начинал с ласк. Мой язык начинал с ее нежной шеи, спускался к грудям и задерживался на твердеющих сосках. Одной рукой я гладил ту грудь, которая была обделена сиюминутной лаской языка, другой же ласкал ее промежность. Обычно она мгновенно просыпалась, но не подавала вида.