Был канун моего Дня Рождения.Шли постоянные дожди, было очень холодно. Так получилось, что я очередной раз вынуждена была искать работу. Это было далеко не просто. Я атаковала рассылками своих резюме, все существующие на тот момент и подходящие вакансии. К сожалению, их было не так много (Пришло приглашение на собеседование с симпатичным лицом секретарши на аватарчике. Я очень обрадовалась! Так хотелось наконец устроиться и хоть немного расслабиться. Я позвонила, и мне назначили время встречи.Вакансия была даже интересной. Я даже стала мечтать, что смогу «взять реванш» и утереть нос Паше — своему бывшему бой-френду. Единственное, район, где располагалась сама фирма, был с лёгким налётом грусти. Совсем не так давно, летом, именно там, мы и гуляли как-то с ним, и очередной раз поссорились.

Конечно она вернулась, и даже быстрее, чем я предполагал. Думал, начнет сопротивляться новым желаниям, убегать от проблемы и, только поняв, что ничего не может теперь сделать, прибежит, напрашиваясь на продолжение. Марина же предвосхитила мои самые смелые предположения и надежды. Явилась в первый же день, когда радости секса вновь стали ей доступны. Такая же смущающаяся, с дрожащим голоском и ощутимым румянцем на щечках. Не смеет поднять взгляд, нервно теребит край блузки и нерешительно топчется на месте. И вновь готова отдаться в мои руки, только теперь отчетливо представляя, что ее ждет.— Ну что, Мариша, как ощущения после прошлого исследования? — Мне и правда было интересно, ведь не часто попадается такая невинная девочка, для которой именно ты становишься настоящим проводником в мир удовольствия.

Анну разбудил её собственный сон. Ей приснился Серж, элегантный, неотразимый, такой, каким она впервые увидела его, только стоял он не в тесной каюте корабля, а на балконе, с которого открывался чудесный вид. Он молча смотрел на неё своим пронизывающим взглядом, его лоб был немного нахмурен, а уголки губ приподняла чуть заметная усмешка. Открыв глаза, Анна увидела, что он лежит рядом с ней. Во сне его лицо не было грозным и не пряталось за обычной маской неприступности, напротив, он счастливо улыбался и смешно дёргал кончиком своего крупного прямого носа. Анна осторожно приложила пальчик к его носу, как-будто хотела повторить его форму, и тихо коснулась губами его щеки. Потом, стараясь не разбудить своего пирата, захватив платье, выскользнула из хижины и пошла к водопаду.Она с удовольствием подставилась под струи тёплой воды.

— Устала, можно полежу... на меня легла теплая грудь стоматолога. Было душно, липкая питерская жара покрыла все тела тонким слоем абсолютно бесполезного пота, в воздухе висела 100% влажность.Тонкая безрукавка тут же вспотела. Открытый рот был зафиксирован специальной вставкой зеленого цвета. На моих глазах были оранжевые очки. Вынималась старая пломба и делалась новая. Бело-зеленый халатик, одетый на голое тело, не мог сильно крепко держать ее грудь... контакт был очень чувствительный... от сисек пошло потоком тепло возбуждения... в моих шортах начался неизбежный процесс набухания и вставания... В конце концов, она с меня встала... результат приложения груди был замечен и закрыт вторым зеленым бумажным слюнявчиком на прищепках... ее голос зазвенел, снова записала меня на последний прием через два дня, «у вас еще два кариеса».

Виктория — зубной врач. Открывается дверь ее кабинета. Роскошная блондинка с жестокой улыбкой на лице. Руки в длинных перчатках и фартук запачканы кровью.— Ну кто еще на экстракцию?Страшное слово «экстракция» произносилось ею с радостью, как вампир заклинание перед своими убитыми страхом жертвами, но желающих уже нет, потому что рвала зубы виртуозно быстро.Каждый вторник был для нее праздником жертвоприношения. Бледная очередь через дверь слышала все дни кроме вторника, крики и стоны под визжание зубодробительной машинки. А вторник — день зловещей тишины.Приехали поляки и попросились к ней на экскурсию.

В жизни каждой женщины всегда есть место таким мужчинам, которые запоминаются надолго, при этом не имея на то никаких причин. Чаще всего это те самые особи мужского пола, которые вовсе даже не задаривают подарками, не названивают целыми днями с признаниями в любви, не приносят в зубах колючих алых роз и вообще, если быть честными, не обращают на желающих их женщин особого внимания. Для части дам это «тот самый с такой милой родинкой на плече», для части «не могу забыть как ему шел тот парфюм», для более развратной половины — «тот сумасшедший, пристававший к ней прямо в общественном транспорте», для других... как много вариантов, что уж тут пытаться перечислять все?В ее жизни такой мужчина тоже конечно же был.

— Это ты так прикалываешься? — недоверчиво спросила Люба.Макс покачал головой.— Забудь, — категорично заявила Люба.— Пожалуйста. Всего на пару дней. Я, что, часто тебя о чём-то прошу?— Да не собираюсь я пускать в свою халупу хрен знает кого! Она твоя подружку, вот пусть у тебя и живёт.— Во-первых, Марго не моя подружка, а во-вторых, ко мне ей нельзя.— Почему?«Потому что Лавров скорее всего знает где я живу, и запросто может отправить ко мне своих горилл!» — подумал Макеев, решив, что его сестре незачем знать подробности.— Нельзя, и всё тут. Просто поверь мне на слово, — дал он уклончивый, но не слишком убедительный ответ.Люба нахмурилась.— Поверю, но всё равно не пущу. Сам дашь ей от ворот поворот, или это сделать мне?Пока Макс и Люба пытались договориться, Марго сидела на кухне, попивала чаёк, и смотрела в окно.

Когда я был на старших курсах колледжа, мы совершали тур в Испанию, приземлились в Мадриде, провели там два дня, затем следующие десять дней ездили практически по всей стране, останавливаясь у всех крупных достопримечательностей, даже заехали в Марокко на одни сутки; последние четыре дня было запланировано провести в Барселоне. В Барселоне есть клуб, расположенный на вышедшем в тираж круизном лайнере. На верхней палубе там бар для одиночек, ниже парочка танцевальных клубов, еще ниже что-то посвященное рэйву и на нижних палубах расположен клуб готов, Рио Стикс.