— Гарри! Наконец-то, — к вошедшему в гостиную Гарри подошли Фред и Джордж. — пойдём, мы хотим показать тебе своё новое изобретение. Уверен, тебе понравится, — сказал один из близнецов, и они повели Гарри к дальнему столу. Фред выложил из сумки на стол шахматную доску. — Вы решили улучшить шахматы? — с ухмылкой спросил Гарри.— В яблочко! Ты прав, наш догадливый друг, — ответил Джордж и разложил доску.Доска была, кажется, обычной, но вот фигурки... Они были не стандартными для волшебных шахмат фигурками рыцарей — это были практически голые мужчины и женщины, с украшениями, стилизованными под Древний Египет. Оружия ни у кого в руках не было, зато у мужчин стояли члены.— Эээ... Это и есть ваше изобретение? — Спросил Гарри, держа в руках голую египтянку, которая в это время лениво поглаживала свой лобок.

Пo мoтивaм русских нaрoдных скaзoкСкоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Продолжу я, друзья мои, историю Ивана-царевича. А вы послушайте, на ус намотайте, да меня словом добрым порадуйте.Долго ли, коротко ли, но вот оказался Иван у озера. Темнялось уж, туман предночной стелился, и стал наш царевич о ночлеге подумывать. Огляделся кругом и остолбенел. В ветвях дуба сидели две русалочки. Да не просто сидели, а ласкали друг друга самым бесстыдным образом.— Чур меня! Чур, — подумал Иван.Хотел он, было, бежать без оглядки, да ноги будто приросли к месту. Стоит и смотрит он на прелести русалочьи. А посмотреть-то было на что. Девки они и есть девки, хоть и русалки. Перси пышные блестят в лунном свете, серебряные волосы до крутых бёдер доходят, а внизу, где у девок ноги, у них хвост.

Мой зверь.Насильник бежал за ней следом. Девушка бежала прочь от него босая по снегу, платье на ней изорвалось в лоскутки и ничуть не скрывало прекрасного тела. Парень начал понемногу отставать. В очередной раз оглянувшись девушка не увидела погони, она перешла на шаг, она очень тяжело дышала — морозный воздух врываясь в ее легкие, причиняя на каждом вздохе боль, ноги утопали в сугробах. Она уже ни помнила откуда пришла, да и возвращаться ей было незачем, там был ОН. Мороз быстро заставил девушку прийти в себя, она не чувствовала ступней ног, а платье ни коим образом не могло сойти за что-то согревающее. Да к тому же снег стал падать довольно крупный и поднялся ветер. Несчастная не имела ни малейшего представления куда ее направиться, поэтому побродив вокруг какой-то скалы легла на снег и приготовилась к смерти.

Я устало опустилась на ковер. За моей спиной угасало серебристое сияние портала. Я вернулась в мир, в этот яркий, сказочный, волнующий, волшебный мир. Надо же иногда вспоминать, что ты — не только воин и маг, но еще и женщина... И только здесь это в полной мере возможно.Мягкий меховой ковер как будто обнимает меня. Я чувствую себя слишком усталой и грязной... и хочу разобраться с этой проблемой так, как меня научили в одном суматошном немагическом мире — «принять ванну», то есть погрузить свое тело в емкость с теплой ароматной водой... Боги, как это приятно! Лежать и ничего не делать, не чувствовать даже веса своего тела, в тишине и покое, в мягком золотистом свете шарика!Взявшись тереть себя мочалкой, я чувствую, что ее прикосновения что-то напоминают мне...

— Нет ничего хуже, чем три дня провести под дождем, — шмыгнула носом я. Голос из-под капюшона плаща донесся глухо, а проливные потоки дождя и вовсе заглушили слова, — Проклятый пергамент с донесением давно промок. — Тут поблизости есть трактир, — бросила Миш, откидывая капюшон и подставляя дождю светлые стриженые растрепанные волосы, — Этот чертов дождь действительно доконал. Переночуем там.Завидев трактир, Миш быстро соскочила с коня. — Поторапливайся, — ухарски сверкнула зубами она, и быстро направилась к трактиру, смело ступая по лужам черными сапогами со шпорами.Едва за мной захлопнулась дверь трактира, шум дождя стих. Скинув мокрый плащ, я осмотрелась. В полутемном помещении слышался хохот пьяных и звук разливаемого пива. Кто-то чокался, кто-то уже горланил песни.

— Выходи Рыжая!Яркий свет больно ударил в глаза. Я поднялась с деревянной кровати, на которой провела последнюю неделю и вышла из камеры. Меня выпускают из карантина. Семь дней за мной наблюдали, останусь я человеком или стану зомби. Я ни кому не сказала, что со мною произошло. Сказала, что возвращалась одна и еле нашла дорогу домой, поэтому только на третий день после нападения смогла вернутся в Крепость. Меня сразу посадили в камеру. Прошло десять дней и я не стала одной из зеленых. Что же это выходит, у меня иммунитет на них? Домой! Горячая ванна, поела в кафешке тети Поли, выпила две кружки самодельного пива. Сытая и пьяная вернулась к себе и упала на кровать и во сне снова вернулась в тот день...... уже темнеет, босиком плетусь по пыльной дороги. До Крепости еще прилично. Сил бежать уже нет.

Глава 9Позор королевы— Дай мне его, пожалуйста, — ныла королева, ползая голой по деревянному полу у ног воина.— Заткнись, шлюха! — он оттолкнул ее ногой, продолжая дальше выглядывать из окна, оценивая ситуацию.Вчера они наконец-то добрались до города. Чтобы остаться незамеченными, воин выбрал неприглядный дом, и проникнув ночью внутрь, убил его владельца. Тело мужчины так и осталось валяться в столовой, где монстр застал его за ужином. У хозяина дома была несовершеннолетняя дочь, которая также присутствовала за столом. На ее глазах отца жестоко убил ужасающий зверь и кинул истекать кровью на полу. Девушку связали и, заткнув рот, бросили в угол гостиной, из которой замечательно просматривалась улица. Вырезав всех слуг, что имелись у хозяина дома, чудовище сделало их дом своим ночлегом.

— Но учитель вы же говорили о том, что манавирмы высасывают энергию из эфира. «Тупая сучка. Выродок поганого рода.» — Ты совершенно права, милая. Но не этот, его эфирные мешки я ампутировал, поэтому он не опасен. Но что интересно и важно, он по-прежнему может чуять магию, чуять безошибочно, как меч мастера чует щель в броне. Вот смотри, — я фальшиво рассмеялся, когда прозрачный змей обвился вокруг ноги принцессы. Она вторила мне заливистым смехом, который перешел в визг. Змей и правда был неопасен, более того, обречен на медленную смерть от голода.Опасным в этой башне замка был только я. А обреченных двое — несчастный эфирный зверь и она. Мои кулаки сжались.«Но терпение вознаграждается.» Я изобразил заботу и отцепил змея от Тессы, так как он подбирался к ее девичьим прелестям.