Стейси начала свой рассказ.— Я очнулась в комнате с двумя трехэтажными кроватями. Нас было шестеро — 3 мальчика и три девочки. Все голенькие и ужасно смущенные. Я прикрывалась руками от ненасытных взглядов, другие девочки также держались настороженно. Но страха почему-то не было. Мы даже познакомиться не успели, как вошла воспитатель — девушка в оранжевом купальнике с грудями, которые казалось вот-вот порвут его. Она объяснила нам, что мы находимся в Школе, и теперь в честь достижения 18-летия нам нужно посещать уроки любви. И сказала, что мы должны идти за ней.Мы пришли к терминалу, где воспитатель Дженни помогла нам выбрать наряды. Мне достались милые короткие шортики и блузка, которая стягивала груди так, что они оказывались тесно прижатыми к друг дружке, словно в ловушке.

Алекс Телегин ощущал себя крайне довольным. Покинув «Конгресс Отель» он решил пройтись. Странная конечно идея для человека, не знающего город и оказавшегося в незнакомом районе мегаполиса. Проще было взять такси и рвануть без препятствий к месту назначения. Но, во-первых, Телегин сейчас никуда не спешил, во-вторых, ему в данный момент просто была необходима пешая прогулка, чтобы развеяться от переживаний от интимного рандеву с Машенькой. В таком общении с девушками он всегда получал удовольствие, но когда ты занимаешься сексом с эталоном красоты, услада утраивается. Тот факт, что Мария — это несколько не живой человек, а уникальный биоробот, Телегина совсем не тревожил. Даже более того, куколки доктора Шевченко были абсолютны в своей красоте! Да, Алекс не получал от них обыкновенного человеческого тепла.

Тянулся 1941 год. Зима. Деревня — КровинушкаВ одной избе, за срубанным столом сидели пятеро немецких солдат и громко смеялись, пар клубился над их лицами, давая знать что в избе не топилось довольно давно. Непонятные речи и поношенная фашиская форма полностью дописала картину «Заклятого врага». Вечер тихо догорал на линии горизонта занимая место темной, военной ночи. Дверь в избу со скрипом отворилась, плечом облокотивший об косяк с улыбкой заглянул немецкий офицер, вечернее солнце алой кровью отразилось на его кресте и «мертвой голове» (значку на фуражке) он медленно шагнул в темень комнаты. Пятеро дружно его поприветствовали выдвинув вперед дрожащие руки. он в плотную подошел к столу и глухим звуком поставил бутылку местного самогона.

Дело было летом. Я целыми днями носился по улице. Было знойно и жарко, а как иначе. К вечеру сделалось значительней прохладней и темно. Я шел домой своим обычным путем. И когда фонари остались позади, мне безумно захотелось вздрочнуть. Член встал каменным от одной только мысли удовлетворяться на улице, где меня могут заметить и осудить прохожие. В округе не было ни одной живой души. Свет ночного видения остался позади, а прямо передо мной были гаражи. Обычно я обходил их стороной, ведь там постоянно тусовались всякие панки и наркоманы.Возбуждение нарастало с каждой секундой и я понял, что только за гаражами смогу облегчит ношу своих яиц. Я ускорил шаг и стал присматриваться к гаражам — слишком все просматривается, а там где не просматривается, я побоялся снять одежду, не хотелось ее испачкать в чьих-то испражнениях.

На этот рассказ меня вдохновил автор 2510. Точнее сказать, его раннее творчество.Время действия: 2510 год. Место действия: планета Оксюмарон-4 Действующее лицо: человеческая особь Артем Г.Артем Г. проснулся на рудниках. Проснулся от хлестка лазерного хлыста. Артем вздрогнул и приподнялся над землей. Его мучителем была женщина. Она была надета в кожанно-латексный костюм. Ее фигура источала желание. Артем невероятно хотел просочиться в нее. — Работай, раб. Тебе слово не дадено! — Где я? — Ты на рабочем месте, раб. Не задавай вопросов. С этими словами она хлестанула меня по горлу. Артем взвизгнул и заныл. Я взялся за кирку и стал дробить уголь. — Активней, раб. Виляй бедрами! Я повиновался. Получить по лицу лазером не очень то улыбалось. Но вид этой женщины заставил меня воодушевиться.

С момента знакомства с Максом прошло несколько месяцев. Его отношение ко мне было многообещающими и, в общем, все шло к логическому развитию наших встреч. Мы хорошо проводили время, и в этом парне не было ничего, чтобы его отшить, но в то же время не было ничего, что бы захотелось ему отдаться. Я старалась не показывать свою холодность, но всякий раз, когда он пытался меня обнять или перейти к более интимным ласкам, я искала и, в конце концов, находила повод остановиться. Наступил момент, когда я перепробовала все нелепые аргументы, но казалось, что его это нисколько не смущало, и он вел себя очень терпеливо.Мой приятель был очень оригинален и романтичен в выборе сюрпризов. Он знал, что мне нравятся красивые места, и в одну из последних встреч, намекнул, что в скором времени планирует устроить подобную прогулку.

Безутешная Зойка по первости хотела броситься к тайнику, где были припрятаны: часики Ролекс, джинсики от Зои Чикко, кофточка Джуйс Кутюр, туфельки Кристана ля Бутина, но сделав семнадцать глубоких вдохов, содрала мешковину с дохлой тараканихи, навздрючила её на своё прекрасное тело. Понимая, что Тарк Великолепной будет искать скорее голую женщину с рыжими, роскошными волосами, нежели зомбю-тараканиху, отправилась на поиски своего возлюбленного. Её путь пролегал через гасиенду эль Таро. В гасиенде жила её бабушка, обзываемая Зойкой не иначе, как: Бабусик. Бабусик знала о метафорической деформации всё. Знала она и о мономерности Вселенной, тоже всё. Её пониманию были доступны, как теория поисков, так и теория относительности. Появившееся на горизонте иссиня-зеленые горы дали знания Зойке, что жилище Бабусика близко как никогда.

Шарг Гро-Мак медленно пробирался по редколесью, осторожно ступая босыми ногами. Места эти были ему знакомы, через пару часов покажется озеро, на другом берегу которого стоит город Рифтен. По дороге орк разглядывал своё недавнее приобретение — волшебный посох Сангвина. Круглая эбонитовая палка в два пальца толщиной и три локтя длиной, испещрённая даэдрическими рунами. Навершие в виде диковинного цветка с полупрозрачными розовыми лепестками, похожего скорее не на розу, а на женскую вагину. Несмотря на кажущуюся нежность цветка, он обладали твёрдостью алмаза, в чём Шарг уже успел убедиться, порезав палец о край одного лепестка. На другом конце посоха — утолщение, выполненное в форме головки члена. Анатомические подробности вырезаны с удивительной точностью.В голове орка крутились мысли о том, как опробовать возможности посоха.