Меня с ним познакомили друзья, не подозревающие о моей ориентации. Мне позвонил Серега, старый школьный друг, попросил приютить на несколько дней его знакомого парня. Дав необходимые гарантии, что проблем неожиданный гость мне не доставит и получив мое согласие, он сказал, чтобы я ждал звонка. Не скажу, что перспектива присутствия совсем незнакомого человека в моей квартире меня очень обрадовала, но отказывать другу в таком пустяке не хотелось. К тому же я пребывал в состоянии депрессии после разрыва с моим бой-френдом и надеялся, что вынужденное общение поможет мне из нее выползти.Он позвонил через час, представился Мишей и, сказав что он от Сергея, замолчал, не зная, что говорить дальше. Я объяснил ему, как ко мне добраться, и в ожидании начал приводить свое, слегка захламленное, жилье в порядок.

Солнечные лучи запутались в твоих волосах, ветерок ласково перебирает золотистые пряди. Я держу тебя за руку, ощущая тепло твоей руки. Хотя твои глаза и закрыты солнечными очками, но я то знаю, что ты смотришь на меня, и в твоих глазах отражается любовь. Знаю, потому что сама тебя люблю! Да, это чудесно — встретить тебя после недельной разлуки! Питер — это город, где мы познакомились год назад. Ты приезжаешь из своего города, я из своего. Пусть мы пока не можем быть вместе всегда, но ведь такое удовольствие встречаться в этом замечательном городе! Ты улыбаешься, глядя, как я радуюсь встречи с тобой, как нарастает весёлое возбуждение. Я чуть забегаю вперед тебя и поворачиваясь, даю шанс ветру прогуляться под моей юбкой. Легкая ткань струится вокруг стройных ножек, и ты, качая головой, лукаво улыбаешься. Мы — странная пара...

Мы с Ником не виделись уже неделю! Он уехал отдыхать с родными, а я пообещала ждать его. Как же долго тянулась эта неделя! В моей голове остались только грязные мысли. Хочется снова чувствовать его силу, решительность, его руки на своей талии, поцелуи в шею... Раздался звонок. «Это он!»— Привет! Вот я и вернулся! Ждала меня? — снова этот лукавый, мягкий голос. Он сводит меня с ума!— Ждала, разве могло быть иначе.— Тогда увидимся через 2 часа на площади?— Конечно! — мое сердце бешено забилось. Неужели мы вот-вот увидимся? Я так долго ждала этого момента!И вот я на площади. Издали замечаю его, стройного, высокого, загорелого. Я подбегаю к нему и обнимаю его так сильно, как только могу.— Ник, как я по тебе скучала! Ты не можешь представить!— Я тоже по тебе скучал. Но теперь я здесь.

Приветствую вас, мои дорогие читатели!Я получил множество писем и откликов, когда опубликовал рассказ «Новая жизнь или Колдовской эликсир». В основном все было положительным. Хотя некоторые были и с замечаниями.Очень многие просили продолжить этот рассказ. Я не планировал продолжения!Но все таки решил написать, дополнительную главу!Надеюсь вам понравится! Читайте и наслаждайтесь!Борис работал в студии. Одетый в заляпанные краской джинсы и клетчатую рубашку, он больше походил на маляра, чем на художника. Вдохновения не было и уже полчаса он тупо пялился на черновой эскиз, пытаясь сосредоточиться.Но не получалось! — Интересно, как там Саша и Марина! Надеюсь у них все хорошо! — такие мысли были у него в голове, когда тишину его студии разрезал звонок в дверь.Борис подошел к глазку. На пороге стояла высокая красивая женщина.

По мотивам русских народных сказок.Накинул Иван-царевич плащ-невидимку, подхватил любимую свою супругу на руки, спрятав её под полами плаща, да и вышел вон. И двинулся он по коридорам замка, спеша вынести Василису к желанной свободе, да отыскать сундук с погибелью Кощеевой.— Скажи, ласточка моя, где у Кощея сад? — спросил он Василису.— Зачем тебе, Ванюша?Рассказал царевич ей, что хочет смерть Кощея достать.— Ой, Ванечка, неправду Горыныч сказал тебе, — неожиданно заявила Василиса.— Как это? — Иван аж застыл на месте и сильнее сжал жену в своих руках.— А так, сокол мой, носит Кощей на груди оберег. Точно глаз его, тёмно-синий, глубокий. И однажды он похвалился мне, что, дескать, в этом-то обереге и спрятана его погибель.— И ты ему веришь?! — Иван с сомнением смотрел на Василису.— Верю, Ванечка, верю. Я же сама эту иглу видела.

«Ну что, максимум месяц « — подумала Она, стоя на балконе, и с удовольствием затянулась сигаретой. Через месяц Они должны были встретиться. Их отношение походили на бег по спирали, Они расставались и снова встречались. Но каждый этап был не похож на предыдущий, каждый раз открывались новые грани их отношений, и от этого казалось, что всё происходит впервые. Неизменным оставалось только одно — понимание того, что двадцать лет назад Они встретились не случайно.Из раздумий её вывел телефонный звонок. Звонил старый знакомый — когда-то они приятельствовали, но это было очень давно. «Привет, у меня сегодня свободный день, давай встретимся» — раздался голос. Ей не хотелось никуда идти, последние месяцы Она ценила часы уединения. Работа её была связано с людьми, поэтому в выходные ей хотелось одиночества.

Мне было 17 лет, когда нас бросила мать. Она вышла замуж за отца 18-тилетней девушкой и через год родила меня. А в 36 она встретила другого человека, хотя чего ей не хватало с моим отцом — до сих пор не пойму. Она ушла, а мы с папой остались вдвоем в двухкомнатной квартире.Папа — доцент, преподаватель в институте, в ту пору ему было 38. Через год он женился на студентке, у которой был научным руководителем дипломного проекта. Они тихо расписались в районном ЗАГСе, а я той же осенью отправился служить в ряды Вооруженных Сил.Через год отец написал мне, что они с Ирой, так зовут мою мачеху, живут у нее, наша квартира пустая, так что, когда я вернусь со службы, жилплощадь в полном моем распоряжении.Демобилизовался я под Новый, 1991-й год. Ни к кому из друзей я встречать его не пошел, решил пойти к отцу.

Давно живут волки, и законы свои пишут, и неписанным законам следуют. Жил был Волк. В лесу ли он жил или в городе, в деревне ли какой, где партнершу красивую и умелую не разыщешь, я и не припомню. Только вот голодный был волчище-то, просто жуть! Но покушать любил изысканно, не хватал все подряд, без разбора, как некоторые из его друзей. Возьмется он покушать, чтобы в удовольствие все это было, значит, и для себя и для сотрапезников. И блюда вкусить он умел, с чувством, не торопясь, разбирая каждую косточку. И менял он места и сотрапезников. Любил и большую компанию и уединение. Устраивал пиршества и интимные трапезы. Во всем умел найти удовольствие, а уж доставить таковое — ему не было равных. Молод был и горяч. Но время шло, не шло — бежало — весело и разнообразно. Возмужал он, подрос, пришла пора ему остепениться.